После публикации статьи обо мне, о любви и о нас с вами

Дорогие читатели, после публикации статьи, учащаяся нашей школы написала свой случай и мы решили поделиться с вами.


Месяц (Янской земли на Обезьяне) – его я встретила в поездке. Не разглядеть было сложно. По работе приехала на завод. Появился директор – высокий, статный, со щетиной, которая еще больше углубляет его выразительные карие глаза.
Встречает, передает в руки женщины-мастера и уходит в контору. Ну и ладно. Я с широко открытыми глазами изучаю производство, активно фотографирую, общаюсь с рабочими. А потом вдруг – бац – и мне говорят: «А теперь у нас обед» и расходятся от меня в разные стороны.

Иду в контору. Она уже тоже опустела. Но директор ждет меня. Я прощаюсь с ним, хочу уехать, а он зовет в карьер. Говорю ему: «Но ведь и там уже никого нет, а мне нужны люди, фотография без людей мёртвая….» Я говорю, говорю, а он смотрит на меня своими выразительными карими глазами, и я понимаю, что императору (Ву – Янская земля) нужна императрица (Квэй – Иньская вода). И я сдаюсь.

И после карьера он не отпускает. Мы снова поднимаемся в кабинет. Он показывает свою коллекцию окаменелостей, а его руки дрожат. Он не заикается, не стесняется, это другое волнение… понятное только (Ву) и (Квэй). И я знаю, что это не я волную его, как женщина, а всего лишь мои энергии: моя императрица и его личный цветок персика, еле различимый в моем часовом столпе.

Наступил сентябрь, добавив к году и моему столпу часа еще один цветок персика, и три хризантемы упали к его ногам. «В омут с головой», – сказал он. Так начался роман.
Как только в небе появился (Янский металл) – как его самовыражение, он первый раз признался в любви. "Я постоянно думаю о тебе – наверное, я тебя люблю". Не очень романтично? Зато по-честному, потому что он император (Ву): если мыслю – значит, люблю.

В день Тин/Сы (Иньский огонь на Змее) мы поехали в другой город. Это был праздник души. Мы гуляли, взявшись за руки, кормили друг друга пирожными в кафе, заглядывали в бутики и говорили, говорили, говорили. Его вопросы порой удивляли, особенно те, что о будущем. И наконец я спросила: «Ты хочешь, чтобы я была в твоем будущем?» Он ответил: «Да, если ты сама этого хочешь». Так зародилась мечта. В год и месяц Петуха-фантазёра даже дрова для этого были не нужны. (Сы)+ (Ю)+ (Чоу) – (Змея+Петух+Бык) – дышу и не дышу от радости.

Но свет Тин не вечен. В конец сентября включились мозги. В день Тин/Мао (Иньского огня на Кролике) был последний взгляд в наше совместное будущее, которое превратилось из мечты в память, даже не начавшись. (Тин/Мао) – день правды о любви (персик) и о человеческих хитросплетениях (Мао). Колеблющаяся душа: верю и не верю.

Год Тин/Ю (Иньский огонь на Петухе). Всем известный образ кинжала, воткнутого в сердце. Я ждала его. Он не мог не проиграться. И его воткнули. В МОЕ сердце. По самую рукоятку. Месяц Ген/Сюй (Янский металла на Собаке): Собака остервенело рвет мои хризантемы, а следом за ними и все иллюзии летят в Тартарары. Тело и мысли как будто окаменели, только боль, но и она не разливается, а застыла в сердце, как кусок железа. Я опять боюсь вздохнуть: (Ген/Сюй) + (Синь/Ю) часа + (Рен/Шень) такта – слишком много металла. Зато наступило отрезвление.
«Не уходи. Без тебя я чувствую себя пустым керамическим сосудом без воды. Не знаю, почему не стеклянным и не металлическим», – еще держатся в памяти слова императора (Янская земля на Драконе).

учащаяся 1 курса Школы Любази,
Юлия Мезенина, искренне преданная Мастеру